Бернард М.Барух. Моя собственная жизнь

Содержание

Бернард Барух — От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома

Описание книги «От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома»

Описание и краткое содержание «От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома» читать бесплатно онлайн.

«Одинокий волк Уолл-стрит», «экономический диктатор», «серый кардинал Белого дома» – так называли Бернарда Баруха. Сколотив на бирже капитал, Барух занялся политикой, став экономическим советником подряд пяти президентов Америки. В Первую мировую войну он возглавляет Военно-промышленный комитет США, переведя американскую промышленность на военные рельсы и на этом хорошо зарабатывая, потом, будучи членом Высшего экономического совета Версальской конференции, прикладывает руку к перекраиванию политической карты мира, далее срывает большой куш в Великую депрессию. Именно он ввёл в оборот термин «холодная война»… В автобиографической книге Барух рассказывает о своей семье, финансовых авантюрах, о встречах и работе с государственными деятелями, размышляет о политике и экономике своей страны.

Бернард Маннес Барух

От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля

Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома

Памяти моей матери, моего отца и моей жены

© Перевод, ЗАО «Центрполиграф», 2015

© Художественное оформление, ЗАО «Центрполиграф», 2015

Первыми меня попросили написать историю своей жизни мои дети. Когда они выросли, то одни спрашивали: «Может ли юноша или девушка, начиная свою жизнь, и в наше время добиться того, чего удалось добиться тебе?» или «Есть ли в этом постоянно меняющемся мире что-нибудь постоянное и стабильное?». Другим хотелось, чтобы я рассказал о своей карьере на Уолл-стрит[1], как я подозреваю, в надежде, что этот рассказ поможет им составить для себя сжатую формулу того, как разбогатеть.

Потом нашлись люди, кого стали занимать мои рассуждения о семи президентах страны, с которыми мне пришлось общаться, от Вудро Вильсона до Дуайта Эйзенхауэра.

Есть и такие, и здесь я должен признаться, что именно их мнение стало для меня решающим, которые настаивали, чтобы я поделился впечатлениями о двух мировых войнах и путях достижения мира после них, чтобы определить, содержит ли мой жизненный опыт какие-либо руководящие идеи относительно проблем выживания, с которыми миру пришлось столкнуться в наше время.

Фактически я начал писать эти мемуары в конце 1930-х гг., но их завершение всё время откладывалось. С появлением Гитлера мне пришлось большую часть времени посвятить тому, чтобы вооружить свою страну, так как я считал, что она является главным стражем мира. После начала Второй мировой войны все мои силы были направлены на то, чтобы помочь ускорить мобилизацию всех ресурсов нашего народа для достижения победы и попытаться не допустить тех ошибок, что были допущены нами в Первой мировой войне. Когда война закончилась, мне пришлось бороться с её последствиями, а также решать такие проблемы, как обеспечение международного контроля за атомной энергией.

Вся эта деятельность не только не оставляла времени для работы над мемуарами, но и послужила источником многих дополнительных событий, о которых тоже следовало написать. Новые впечатления и новое понимание происходящего вызвали необходимость переписать кое-что из уже написанного ранее.

С самого начала я не хотел, чтобы автобиография была напечатана до тех пор, пока я не закончу работу над ней. Однако повествование, которое начинается с периода Реконструкции[2] и продолжается до времени, когда был открыт процесс деления атома, не так-то легко уместить в одной книге. Кроме того, я всегда считал, что мемуары любого человека следует издавать ещё при его жизни для того, чтобы те, кто может быть не согласен с написанным, имели возможность оспорить точку зрения автора и представить свой взгляд на вещи.

Поэтому в восемьдесят семь лет я понял, что мне не следует больше тянуть с изданием.

Наверное, есть какое-то преимущество в том, что я обращаю особое внимание на период моего формирования как личности. На самом деле никто из нас так и не вырастает из своего детства. То, как мы решаем проблемы взрослой жизни, обычно почти не отличается от того, как мы к ним подходим в годы своего становления.

В детстве я был недоверчивым и осторожным мальчиком. Я всегда боялся говорить на публике. Но у меня был необузданный характер. Когда я вырос, то полюбил азартные игры – скачки лошадей, игры в мяч. Борьба за награду и сейчас вызывает у меня волнение, помогает вновь почувствовать себя молодым.

Наблюдая за достижениями других, я всегда заставлял себя сделать попытку добиться того же. Мне пришлось приложить много усилий, чтобы научиться сдерживать свои чувства и чтобы делать только то, что у меня получается лучше всего, оставляя другим то, чего сам я не могу сделать хорошо.

Если и был какой-то секрет в моём взрослении, то он заключался лишь в том, что я прилежно, систематически пытался подвергать себя критической самооценке. А когда я пришёл к пониманию себя, мне удалось лучше понимать и других.

Годы, проведённые мной на Уолл-стрит, фактически превратились в длительный период изучения человеческой натуры. Почти всегда проблема, возникающая на бирже или в других видах деловой деятельности, заключается в том, как выделить холодные факты, касающиеся конкретной ситуации, из элементов человеческой психологии, которые сопровождают эти факты. Когда я оставил Уолл-стрит и стал жить публичной жизнью, мне пришлось столкнуться с той же вечной загадкой: как достичь в этом мире, где мы живём, равновесия между природой вещей и человеческой натурой.

Характер человека, разумеется, меняется гораздо медленнее, чем наше внешнее окружение. Когда меняется ситуация, некоторые предпочитают действовать догматично, направляя свои стопы в прошлое и провозглашая, что нам следует строго придерживаться старых правил. Другие считают, что каждая новая ситуация требует нового подхода, полагаясь на метод проб и ошибок и действуя так, будто все прошлые события не имеют значения.

Для того чтобы эффективно контролировать самих себя, следует отвергнуть обе эти крайности. Настоящая проблема состоит в том, чтобы точно знать, когда следует держаться старых истин, а когда идти новыми, неизведанными прежде путями. В этих воспоминаниях я попытался сформировать философию, с помощью которой мне удалось гармонично совместить готовность рискнуть и попытаться сделать что-то новое с осторожным стремлением не повторять ошибок прошлого.

Кое-что из того, что я совершил, возможно, вызовет неодобрение. И всё же я рассказываю здесь и о своих провалах и ошибках и делаю это лишь потому, что убедился: провалы являются куда лучшими учителями, чем успех.

За помощь в работе над воспоминаниями я в долгу перед своими друзьями Гарольдом Эпштейном, Самуэлем Лубеллом, а также Гербертом Байардом Свопом. Кроме того, очень ценные редакторские замечания были сделаны Робертом Лешером из компании «Генри Хольт».

Читать еще:  Квн с харламовым смотреть онлайн. Веселые и находчивые: звезды во время и после КВН

Врач одного из штатов Конфедерации

Двухэтажный каркасный дом, где 19 августа 1870 г. я родился, стоял на главной улице города Камдена штата Южная Каролина. Помню, жить там было всё равно что жить на природе. Прямо за домом находились сад, конюшни и баня. А перед домом лежали три акра земли, которые мой отец превратил в нечто, похожее на «экспериментальную ферму». Один год, как я помню, он полностью был помешан на идее сахарного тростника, на выращивание которого положил столько труда, будто речь шла о приносившей хороший доход плантации хлопка.

Отец обычно проводил на своей «ферме» и то время, которое, по мнению матери, он должен был посвятить медицинской практике. Но это не мешало ему считаться одним из самых успешных врачей штата. Ему было всего тридцать три года, когда медицинская ассоциация штата Южная Каролина выбрала его своим председателем. Кроме того, он занимал должность главы медицинского управления штата, принимал активное участие в беспокойной, а иногда кровавой политической деятельности периода Восстановления.

Недавно я перечитывал один из его ранних журналов приёма пациентов. На тех страничках, написанных неразборчивым почерком, как в зеркале, отражалась роль, которую он играл в городском обществе. Он лечил и негров, и белых, не делая между ними различий, от болезней и травм, начиная от юноши, загнавшего себе в ногу рыболовный крючок, и кончая старым негром, который после смерти своего хозяина отказывался пить и есть и через восемнадцать дней умер от голода.

Отец часто брал меня в свою двухместную коляску, когда ему приходилось совершать поездки по сельской местности. Иногда мне доверяли поводья, он же в это время читал или дремал.

Как-то мы остановились у одной грубой хижины. Отец вошёл внутрь, а я ждал в коляске. Вскоре он быстро вышел оттуда. Взяв в руки топор, отец разрубил деревянные ставни, приговаривая: «Этот человек умирает из-за нехватки свежего воздуха».

Работа отца на «экспериментальной ферме» отражала его стремление улучшить жизнь общества, что было для него характерным в течение всей его жизни. Когда примерно через шесть месяцев после достижения мной десятилетнего возраста мы переехали в Нью-Йорк, он был первым среди тех, кто создавал общественные бани в перенаселённых районах с многоквартирным съёмным жильём. Южная Каролина, когда мы там жили, ещё не имела собственной развитой сельскохозяйственной службы, которая занималась бы экспериментами в области оптимальных методов фермерства. Однако отец видел необходимость таких опытов и, несмотря на то что не имел должного образования в области сельского хозяйства, вскоре стал настоящим специалистом в нём.

Рядом с книгами по медицине в его кабинете всегда лежала кипа пожелтевших журналов по сельскому хозяйству. Он на практике проверял теории, проводя опыты на собственных трёх акрах земли. За свои достижения в области выращивания хлопка, овса и сахарного тростника отец трижды получал первую премию на ярмарке графства.

Легенды фондовых рынков – Бернард Барух

«Современный язык сделал термин «спекулянт» синонимом «азартного игрока». Но на самом деле это слово происходит от латинского specular, что значит «вынюхивать» и «наблюдать». «Спекулянт» — это человек, который наблюдает за будущим и действует до того, как это будущее наступит», — так высказался Бернард Барух о биржевых спекуляциях в книге «Моя история».

Бернард Маннес Барух начинал карьеру мальчиком на побегушках в брокерской конторе, получая за эту работу 3 доллара в неделю. Вскоре он стал брокером, а потом и партнером А.Housman &Co. А через семь лет уже владел восьмой частью этой брокерской конторы.

Бернард родился в 1870 году в Камдене (Южная Каролина) в семье Симона и Белл Барух. Он был вторым из четырех сыновей. Его отец эмигрировал в США из Германии в пятнадцатилетнем возрасте. Закончил медицинский колледж, стал хирургом, был одним из основоположников физиотерапии. Симон Барух участвовал в войне между Севером и Югом на стороне конфедератов под командованием генерала Роберта Ли. Предки Бернарда со стороны матери, сефарды, переселились в Америку в 1800-х годах.

Бернард родился вскоре после окончания Гражданской войны. Разоренный Юг, где продолжались конфликты между черными и белыми, а по дорогам бродили банды, был не лучшим местом для проживания. Когда Бернарду было десять лет, семья Барух перебралась в Нью-Йорк.

Закончив в 1889 году нью-йоркский колледж, Бернард начал с самой низшей должности в офисе. Он бегал с поручениями в банковские учреждения, интересуясь, между тем, жизнью Уолл-стрит. В 1898 году он купил с помощью близких место на Нью-йоркской фондовой бирже. Первый опыт закончился проигрышем. Еще и еще раз Бернарду приходилось обращаться за помощью к родственникам. Наконец, отец сказал ему, что у семьи осталось всего 500 долларов про черный день. И как раз с этих 500 долларов началось движение Баруха наверх.

Его поведение на бирже казалось странным. Хотя фондовый рынок находился тогда на подъеме, Барух часто играл на понижение. По его мнению, купить на минимуме и продать на максимуме невозможно. И поэтому он нередко шел против рынка, продавая тогда, когда многие покупали, и наоборот. Один из известных его афоризмов гласит: «Как только хорошие новости о положении на биржевом рынке достигнут первой полосы The New York Times, продавайте!»

Для Баруха Уолл-стрит стал «одним длинным уроком человеческой природы». В целом он был очень осторожен со слухами. «Во внутренней информации есть что-то такое, что, кажется, парализует разумные силы человека… Он будет игнорировать самые очевидные факты», — считал Барух. С ростом состояния Бернарда росли и его возможности. Он уже мог позволить себе заняться прямыми инвестициями и стал соучредителем компании Texasgulf Inc., занимавшейся сервисными услугами в растущей тогда нефтедобывающей промышленности.

В 1903 году вместе с братом Хартвигом Бернард открыл собственную компанию Baruch brothers. К этому времени Бернард, будучи уже миллионером, женился на Анне Гриффин. Несмотря на процветавшую в то время практику создания различных трастов с целью манипулирования рынком, Барух проводил все свои операции один, за что и получил прозвище «одинокий волк Уолл-стрит».

Вот очень интересная аудио запись о нем:

В 1907-м он приобрел за 55 тысяч долларов 17 тысяч акров земли в Южной Каролине, поместье Hobcaw Barony, надеясь, что в случае очередного падения цен на бирже эта земля не оставит его без средств к существованию.

В это же время Baruch brothers покупает международную торговую компанию Hentz с офисами на Уолл-стрит, в Париже, Лондоне, Берлине и других городах. Барух стал одним из финансовых лидеров на Уолл-стрит — редкая крупная сделка проходила без консультации с ним. Он стал такой влиятельной силой, что пресса начала отслеживать его местонахождение. Газета сообщала: «Одной из причин, заставивших трейдеров занять медвежью (движение цены вниз) позицию, был слух о том, что Бернард Барух собирается уехать в небольшой отпуск».

С поддержки в 1912 году президентской избирательной кампании Вудро Вильсона — он внес в ее фонд 50 тысяч долларов — началось активное вхождение Баруха в политическую жизнь. Через несколько лет Вильсон назначил его членом комиссии Совета национальной обороны и членом комиссии по закупкам для союзников. Это была его первая государственная должность. Через несколько лет Барух отошел от дел и передал управлением Hеntz братьям. Один из них — Герман Барух, доктор и банкир, позже был послом в Португалии и Голландии.

Однако причастность к распределению военных заказов давала Бернарду Баруху (в то время — председателю комитета военной промышленности) возможности для обогащения. По некоторым данным, к концу Первой мировой Барух владел долями большинства заводов, выполнявших военные заказы. Считают, что к этому времени его состояние достигло 200 млн. долларов. После окончания войны Барух участвовал в работе Версальской мирной конференции, ее Высшего экономического совета.

Читать еще:  Как в домашних условиях сделать модные джинсы. Как красиво порвать джинсы (фото). Джинсы рваные снизу

Избранный на второй президентский срок, Вудро Вильсон сделал Баруха личным экономическим советником. С тех пор президенты США пользовались услугами Баруха-советника регулярно. Он был советником президентов Гардинга и Кулиджа. В годы президентства Г.Гувера (1929–1933), будучи его финансовым советником, Барух выступал против установления дипотношений с СССР.

Всю жизнь Барух изучал психологию людей. В 1932 году в предисловии к книге Ч. Маккея «Наиболее распространенные заблуждения и безумства толпы» он писал, что прочтение этой книги сэкономило ему миллионы: «Каждый взятый в отдельности человек вполне разумен и рассудителен, став же членом толпы, он сразу превращается в болвана. Мир знал толпы линчевателей и крестовые походы, наплывы в банки с требованиями о возвращении вкладов и пожары, которые, если бы люди не паниковали, могли обойтись без человеческих жертв. Не так давно возникла «страсть к толчее», когда большие группы молодежи учились танцевать в унисон, подражая леммингам (группа грызунов — Прим. ред.)».

Когда Барух писал это предисловие, произошел абсолютный крах финансового рынка, начало которому было положено тремя годами раньше — в 1929 году. Безудержная спекуляция привела тогда к росту индекса Доу-Джонса до отметки в 381 пункт, что вызвало всплеск алчности. Три года спустя индекс упал не до 300, не до 150 и даже не до 75, а до отметки в 41 пункт. Бессмысленная жадность показала свою оборотную сторону. «Я всегда считал, — отзывался Барух об этой плачевной ситуации,— что если бы даже в самый разгар головокружительного падения курса ценных бумаг мы неустанно повторяли, что «дважды два все еще равняется четырем», — многих зол удалось бы избежать. Точно так же и сегодня, даже в момент наивысшего уныния, когда многие начинают интересоваться, есть ли предел падению, подходящим заклинанием может быть следующее: «Дважды два все еще четыре».

В то время рассказывали о романе Баруха с графиней Инид Кенмэйр, впоследствии прозванной Леди Киллмор — «убивай больше». Это прозвище, упражняясь в черном юморе, пустил в оборот Сомерсет Моэм: трое ее мужей умерли по странному стечению обстоятельств. Красавица австралийка, талантливая художница и скульптор, была прекрасной наездницей и метко стреляла. Редко кого она могла оставить равнодушным. Барух был старше ее на 25 лет, но это не помешало их любовной связи, длившейся несколько лет.

Великая депрессия не застала Баруха врасплох: еще в 1928 году он продал все свои акции и купил облигации. 29 октября, в знаменитый «черный вторник» Уолл-стрит, в разгар паники на галерее для посетителей Нью-йоркской фондовой биржи появился Барух вместе с Уинстоном Черчиллем.

Говорят, что Барух хотел продемонстрировать ему свою власть над рынком. Великая депрессия отбросила экономику США на 30 лет назад, к началу столетия. Франклин Рузвельт, ставший президентом в 1933 году, объявил «новый курс» — экономическую политику, которая должна была вывести страну из тяжелейшего кризиса. И снова его советником был Барух.

В середине 1930-х годов эскалация напряженности в Европе вызвала жаркие споры о том, как поступить Соединенным Штатам — поддержать один из блоков или сохранить нейтралитет. Барух уловил тревогу избирателей. Рузвельт пообещал населению: «Пока я остаюсь президентом, я гарантирую американским матерям, что их дети ни в коем случае не будут посланы ни на какую войну, ведущуюся за пределами Соединенных Штатов», — и действительно провел через конгресс закон о нейтралитете.

В 1937 году Барух представил сенатской комиссии по военным делам предложения по мобилизации промышленности на случай войны. Выступая за сохранение нейтралитета США в будущей войне, Барух одновременно настаивал на усилении военной мощи и создании военно-стратегических запасов. После нападения фашистской Германии на СССР он выступил за оказание помощи Советскому Союзу. Во время Второй мировой войны роль Барух много сделал для проведения реконверсии американской экономики. Его усилия подготовили ему место в нацистском списке людей, приговоренных к смерти.

Антисемиты считают его одним из организаторов мифического «мирового сионистского правительства», хотя Барух не был сионистом, а себя он считал, прежде всего, американцем, а затем евреем.

В качестве специального представителя Рузвельта Барух не раз выезжал в Великобританию, его связывала многолетняя дружба с Уинстоном Черчиллем, который, приезжая в США, не раз останавливался в доме Баруха. Последний президент, с которым он работал, был Гарри Трумэн. В 75 лет Барух возглавил комиссию по атомной энергии ООН. Главной задачей он считал сохранение атомной монополии США. В 1946 году на первой сессии комиссии он обнародовал свою программу. «Наука раскрыла один из самых страшных секретов природы. История учит нас, что ужасы, которые несет с собой оружие, еще никогда не отпугивали людей от его применения. Однако сегодня в наших руках оружие такой разрушительной силы, что защиты от него просто не существует».

Барух выдвинул план установления тотального контроля над всеми разработками в области атомной энергии, получивший название «план Баруха». План этот вызвал резкий отпор со стороны представителя СССР А.Громыко — и не был принят.

В 1947 году Барух ушел в отставку. Но однажды, встретил на одном из вечеров Вышинского и сказал ему: «Мы с вами оба дураки. У вас есть бомба и у нас есть бомба. Давайте возьмем это дело под наш контроль, пока еще есть время, потому что пока мы заняты болтовней, все другие тоже рано или поздно раздобудут себе эту бомбу».

Термин «холодная война» первым употребил Джордж Оруэлл, но автором его считают Баруха. Выступая в законодательном собрании Южной Каролины в апреле 1947 года, Барух сказал: «Давайте не допустим, чтобы нас обманывали. Мы находимся в состоянии «холодной войны».

В вашингтонском парке Лафайет или нью-йоркском Центральном парке нередко можно было встретить высокого стройного седовласого джентльмена. Барух любил назначать ответственные встречи не в официальной обстановке, а на скамье в парке. Говорили, что парковая скамейка заменяет ему офис. Это стало его своеобразным «брэндом»: «советник на скамейке парка Лафайет».

В течение всей жизни любимым местом для него оставалось поместье Hobcaw Barony в Южной Каролине, купленное в молодости. Это место было его прибежищем, здесь он любил охотиться, приезжал сюда почти каждый год в мае. Там он провел и май 1965 года. В июне он умер. Ему было 95.

Его именем назван нью-йоркский колледж на Манхэттене (Барух-колледж) — одна из самых крупных и известных высших школ бизнеса. На территории колледжа есть скульптура, изображающая Баруха сидящим на скамейке. У тех, кто видит ее впервые, нередко создается иллюзия, что рядом с ними, на скамье — живой человек.

«От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома» Бернард Барух

Название: От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома
Автор: Бернард Барух
Год: 1957
Жанр: Биографии и Мемуары, Политика, политология, Экономика, Зарубежная деловая литература, Зарубежная публицистика, Зарубежная образовательная литература

О книге «От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома» Бернард Барух

«Одинокий волк Уолл-стрит», «экономический диктатор», «серый кардинал Белого дома» – так называли Бернарда Баруха. Сколотив на бирже капитал, Барух занялся политикой, став экономическим советником подряд пяти президентов Америки. В Первую мировую войну он возглавляет Военно-промышленный комитет США, переведя американскую промышленность на военные рельсы и на этом хорошо зарабатывая, потом, будучи членом Высшего экономического совета Версальской конференции, прикладывает руку к перекраиванию политической карты мира, далее срывает большой куш в Великую депрессию. Именно он ввёл в оборот термин «холодная война»… В автобиографической книге Барух рассказывает о своей семье, финансовых авантюрах, о встречах и работе с государственными деятелями, размышляет о политике и экономике своей страны.

Читать еще:  Самые опасные кошки в мире. Какие есть самые опасные кошки в мире

На нашем сайте о книгах lifeinbooks.net вы можете скачать бесплатно без регистрации или читать онлайн книгу «От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома» Бернард Барух в форматах epub, fb2, txt, rtf, pdf для iPad, iPhone, Android и Kindle. Книга подарит вам массу приятных моментов и истинное удовольствие от чтения. Купить полную версию вы можете у нашего партнера. Также, у нас вы найдете последние новости из литературного мира, узнаете биографию любимых авторов. Для начинающих писателей имеется отдельный раздел с полезными советами и рекомендациями, интересными статьями, благодаря которым вы сами сможете попробовать свои силы в литературном мастерстве.

Цитаты из книги «От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома» Бернард Барух

В свои более молодые годы я помню, как кто-то, не помню точно, кто именно, заметил: «Продавайте до того, как потеряете способность спать спокойно». Это жемчужина мудрости, чистейший луч света. Когда нас что-то беспокоит, это происходит потому, что подсознание пытается отправить тревожный сигнал сознанию. Мудрейшим решением будет продавать до момента, когда перестаёшь ощущать беспокойство.

Некоторые после продажи акций склонны терзаться мыслями вроде «вот если бы я поступил не так, а вот так…». Это глупо и одновременно действует деморализующе. Никто из биржевых игроков не может быть всё время прав. На самом деле, если он действует правильно хотя бы в половине случаев, в среднем он останется с прибылью. Даже способности поступать правильно три или четыре раза из десяти должно быть достаточно, чтобы делец стал богатым, если этот человек обладает достаточной гибкостью, чтобы быстро обрывать сделки, в которых несёт убытки.

Я считал мудрым периодически обращать в денежные средства большую часть своих ценных бумаг, фактически уходя с рынка. Ни один генерал не заставляет свои войска постоянно сражаться; кроме того, он не вступает в сражение, не имея часть своих сил и средств в резерве. После своих первых крушений в молодости я старался никогда не вступать ни в какую операцию на бирже, используя все свои средства, не имея возможности заплатить за свои же ошибки в оценке ситуации. Сохраняя значительный запас денежных средств, я имел возможность воспользоваться неожиданно возникшими благоприятными обстоятельствами.
Ещё одной иллюзией, которой поддаются люди, является то, что, по их мнению, они могут заниматься чем угодно: покупать и продавать акции, бросаться в операции с недвижимостью, управлять бизнесом, заниматься политикой – всем сразу. Мой собственный опыт говорит, что очень немногие могут одновременно делать больше, чем что-то одно, и делать это хорошо. Грамотный работник, занятый в любой области, приобретает почти инстинктивное чувство, которое даёт ему возможность ощущать многие вещи, и природу этого он порой сам не может объяснить. В некоторых случаях, как, например, в истории с кофе, я пускался в спекуляции там, где не обладал таким чувством, и в таких случаях проявил себя не лучшим образом.

В безумный век раздоров всем нам необходимо время от времени делать паузу в делах и посмотреть, куда движется наш мир, куда могут завести нас наши дела. Даже час или два, проведённые на скамейке в парке в таких отвлечённых размышлениях, принесут несомненную пользу. Важность такой периодической «инвентаризации» явилась одним из наиболее ценных уроков, вынесенных мной на раннем этапе деятельности в качестве биржевого дельца. После каждой крупной сделки, как я уже писал ранее, я старался стряхнуть с себя дела Уолл-стрит, уехав в какое-нибудь спокойное место, где можно было осмыслить совершённое. Если я потерпел убытки, то хотел убедиться, что впредь не повторю той же ошибки. Если же я провернул удачную сделку, то возможность избавиться от громких выкриков тиккеров помогала очистить разум и восстановиться физически для будущих операций.
После того как я приобрёл эту привычку, я, естественно, с готовностью ухватился за свалившуюся на меня в 1905 г. возможность приобрести настоящую Шангри-Ла[89] в моём родном штате Южная Каролина – знаменитое поместье Хобкау, песчаные берега и солёные болота которого когда-то были лучшим местом в Соединённых Штатах для утиной охоты. Четыре речки и заводь изобиловали рыбой; обширная полоса почти девственного леса. И – никакого телефона.

В конце 1945 г. генерал Джордж Маршалл, в то время возглавлявший комитет начальников штабов, провёл в Хобкау неделю. Когда я заметил ему, насколько важно для высшего руководителя правительства иметь возможность оторваться от повседневных забот и заглянуть вдаль, на проблемы, что лежат за горизонтом, он решительно кивнул в ответ и ответил:
– В начале войны я инструктировал каждого офицера, назначенного в генеральный штаб, уезжать из Вашингтона каждую неделю на день или два. Мне не нужно было, чтобы решения, которые повлияют на жизни миллионов солдат, принимали измотанные люди.

Даже Франклин Д. Рузвельт, перегруженный своими тяжелейшими обязанностями во время войны, учил, что ни один человек не должен быть настолько занят, чтобы не иметь времени на отдых. В апреле 1944 г. он приехал в Хобкау, как планировалось, в гости на две недели. В итоге он остался там на месяц.

Как говорил мне мой отец, когда рассказывал о Маннесе Бауме: в Южной Каролине если ты позволишь себя безнаказанно оскорбить, то ты – конченый человек.

Я знал, что в Чили находилось примерно 200 тысяч тонн нитратов, которые закупило правительство Германии, но которые не имело возможности вывезти из страны. Если Чили конфискует эти принадлежавшие немцам нитраты, предложил я послу, я куплю всё это количество по цене четыре с четвертью цента за фунт и заплачу по этой сделке золотом через полгода после подписания мирного договора.
Как только чилийский посол покинул мой офис, я тут же стал делать распоряжения относительно фрахта необходимого количества судов, которые следовало немедленно отправить в Чили, так как нельзя было терять ни минуты, чтобы заполучить поскорее так необходимые нам нитраты.
Любопытно, что некоторые чиновники госдепартамента возражали против этой сделки на том основании, что она якобы нарушает Акт о торговле с противником. Я был поражён их возражениями.
– Вы хотите сказать, – потребовал я ответа, – что я не могу купить немецкие нитраты для того, чтобы с их помощью стрелять в немцев?

Во-первых, это проверка ценностей, тест на то, от чего нам следует отказаться, а что необходимо сохранить во что бы то ни стало.
Во-вторых, это проверка нашего умения мыслить, того, обладаем ли мы достаточным разумом, чтобы обдумать свои проблемы и довести их до эффективного решения.
И в-третьих, это тест на самодисциплину, на нашу способность отстаивать собственные ценности, придерживаться собственной политики чего бы это ни стоило.

Но сама по себе информация не является адекватной заменой умения мыслить. Позвольте мне привести пример одного события. Когда Вторая мировая война подходила к завершению, многие экономисты и специалисты в области статистики предрекали, что по окончании войны без работы останутся примерно десять миллионов или даже более рабочих. Такой мрачный прогноз поддерживался и впечатляющим количеством статистических данных.

Скачать бесплатно книгу «От биржевого игрока с Уолл-стрит до влиятельного политического деятеля. Биография крупного американского финансиста, серого кардинала Белого дома» Бернард Барух

В формате fb2 : Скачать
В формате rtf : Скачать
В формате epub : Скачать
В формате txt : Скачать

Источники:

http://www.libfox.ru/605350-bernard-baruh-ot-birzhevogo-igroka-s-uoll-strit-do-vliyatelnogo-politicheskogo-deyatelya-biografiya-krupnogo-amerikanskogo-finansista-serogo-kardinala-belogo-do.html
http://utmagazine.ru/posts/51-legendy-fondovyh-rynkov-bernard-baruh.html
http://lifeinbooks.net/chto-pochitat/ot-birzhevogo-igroka-s-uoll-strit-do-vliyatelnogo-politicheskogo-deyatelya-biografiya-krupnogo-amerikanskogo-finansista-serogo-kardinala-belogo-doma-bernard-baruh/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector