О. Георгий Чистяков — «Пасхальная радость. Песах и Пасха – разный смысл

О. Георгий Чистяков — «Пасхальная радость. Песах и Пасха – разный смысл

о. Георгий Чистяков

В наши дни почти не осталось ученых, считающих, что Иисус из Назарета не жил в Палестине и не проповедовал Свое учение в 20-е гг. I в. н.э. Современная наука установила, что рассказ евангелистов основан на исторических фактах. И чем дальше она развивается, тем яснее становится, насколько точно изложили Марк, Матфей, Лука и Иоанн описанные ими события. Иисус был распят и умер на кресте, что произошло, скорее всего, 7 апреля 30 г. н.э., накануне праздника Пасхи, как об этом рассказывает евангелист Иоанн (19:14–31). То есть вопрос, в отношении которого наука бессильна, — это вопрос о воскресении Христа из мертвых. Наука бессильна как доказать, так и опровергнуть этот факт, а поэтому каждый человек волен понимать весть о том, что «Христос воскрес из мертвых, смертию смерть поправ», по-своему. В этом и заключается основное содержание веры всякого христианина: «Верую во Иисуса Христа. страдавшего, погребенного и воскресшего в третий день», — говорится в Символе веры. В последних главах каждого из четырех Евангелий рассказывается, что учениками Иисуса после смерти их Учителя овладела глубокая печаль. Они, было, надеялись, что Иисус должен принести избавление, ожиданием которого народ Израиля жил к тому времени уже более тысячи лет, а Он позорно погиб на кресте. Женщины, побывавшие у гробницы на заре первого дня недели, рассказали, что она пуста, что они видели ангелов, возвестивших, что Иисус жив, но учеников эти рассказы сначала ни в чем не убедили. В пустую гробницу вошел ученик, о котором говорится, что его особенно любил Иисус (возможно, это был Иоанн Богослов), «вошел и уверовал». Приходят к вере и другие ученики, причем каждый идет к ней своим собственным путем. В Евангелиях рассказывается, что ученикам является воскресший Христос, но и это, как сообщает Матфей, убеждает не всех: кое-кто относится к этим явлениям с сомнением. Вера — это то, чему научить нельзя, человека приводит к ней только его личный мистический опыт. Мало-помалу «скорбь обращается в радость».

Само слово «радость» — одно из ключевых, т.е. постоянно повторяющихся в Евангелии. «Я возвещаю вам великую радость», — восклицает ангел в начале Евангелия от Луки, сообщая пастухам, что в Вифлееме родился Христос. О радости, которая бывает на небесах, когда грешник ощущает необходимость покаяться и стать другим, рассказывает ученикам Сам Христос. В прощальной беседе с апостолами, не больше чем за час до того, как Он будет взят под стражу, утешая учеников, чувствующих, что приближается что-то страшное, Христос говорит: «Женщина, когда рождает, печаль имеет, ибо пришел час ее; когда же родит дитя, уже не помнит скорби от радости, что родился человек в мир. И вы теперь печаль имеете, но Я снова увижу вас, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас» (Ин 16:21–22). «Радуйтесь», — говорит воскресший Христос женам-мироносицам, пришедшим к гробнице с благовониями, чтобы помазать ими тело Иисусово; «Всегда радуйтесь», — наставляет своих собеседников апостол Павел. С радостью теснейшим образом связана и главная из христианских добродетелей — любовь.

Радость от начала до конца освещает все пасхальное богослужение.

Сей день, который сотворил Господь,

Возрадуемся и возвеселимся в оный.

Этот стих из 117 псалма вошел в пасхальное богослужение из древнейшей пасхальной Литургии, не дошедшей до нас. Христос отвергнутый, распятый и умерший, властно восстал из гроба и наполнил весь мир радостью, или «радование миру даровал», как говорит Иоанн Дамаскин, составивший в начале VIII века тот Пасхальный канон, который и теперь поется в пасхальную ночь в каждом православном храме. Православные читают в пасхальную ночь начало Евангелия от Иоанна («В начале было Слово…») на как можно большем числе языков, напоминая тем самым, что апостолы разнесли благую весть о Воскресении по всему миру. Католики читают рассказ о Воскресении (Ин 20:1–9). В древнейшей пасхальной Литургии читались слова Иисуса о добром Пастыре: «Я — Пастырь добрый, Пастырь добрый душу свою полагает за овец… Я душу Мою полагаю за овец. Никто не брал ее от Меня, но Я полагаю ее Сам. Власть имею положить ее и власть имею снова принять ее» (Ин 10:17–18). Добрый пастырь знает своих овец по имени и поэтому зовет к себе не всех вместе, а каждого в отдельности. «Ведь вера заключается не в том, что человек следует обычаям, установлениям и традициям или соблюдает те или иные обряды. Она живет в его сердце, в самой его глубине. Как добрый пастырь всегда находится при овцах в отличие от наемника, который «видит, как волк приходит, и оставляет овец, и бежит», так и воскресший Христос невидимо пребывает среди людей «во все дни до скончания века»».

Канон Иоанна Дамаскина весь пронизан пасхальной радостью:

Воскресшего увидев Сына Твоего и Бога

Радуйся с ангелами, Богоблагодатная,

Та, Которая «радуйся» первой

Как всеобщей радости виновница

Услышала, Богоматерь всенепорочная.

Ангел возгласил Благодатной:

«Чистая Дева, радуйся».

И я повторяю: «Радуйся,

Ибо воскрес Твой Сын

В третий день от гроба,

Пасха, радостию друг друга

Обнимем, о, Пасха.

Пасхальная радость — радость особая. Вот как пишет об этом современный французский богослов Ален Килиси: «Пасхальная радость не громогласна, это радость, идущая изнутри. Бесполезно хлопать в ладоши и кричать «ура», чтобы рассказать о том, как она нас наполняет, ибо ту радость, которая дается нам в пасхальные дни, дается в глубины нашего сердца, этим не передашь. Посмотрите на Марию Магдалину. В то утро она была погружена в скорбь. Она пришла, чтоб бодрствовать над умершим и плакать, она все время повторяет и людям и ангелам одну и ту же фразу: «Взяли Господа моего, и не знаю, где положили Его». В этой фразе выражается скорбный опыт верующего человека во всей его полноте — жизнь без Бога невыносима. Когда же Сам Иисус приходит, чтобы утешить ее, но не открывается, как это всегда бывает во время явлений, она Его не узнает, пока Иисус не окликает ее по имени. И сразу сердце ее как волна наполняют радость, счастье и мир. Она хочет Его обнять, но Господь не позволяет ей сделать этого. Она должна будет довольствоваться тем, что Его видела, слышала, прикоснулась к Нему, но на мгновение. Она сохранит только ту радость, которая теперь внутри ее сердца, хотя, конечно, эта радость, наполнявшая и освещающая ее изнутри, огромна. Но передать ее трудно. Как рассказать об этом, Мария не знает: «Я видела Господа, и Он сказал мне это». Таков и наш собственный опыт. Наша радость огромна, наше сердце потрясено, но что сказать тому, кого не было там, когда Он явился, чтобы тот понял это?»

Читать еще:  Что положить под елку в год собаки. Как организовать праздничный стол? Правильные приметы на Новый год на желание

Вера не основывается ни на политических, ни на философских или иных убеждениях, она живет в глубине человеческого сердца и освещает его изнутри. «Вечером, в день тот, в первый день недели, когда из страха перед иудеями двери были затворены там, где были ученики, пришел Иисус, и стал посредине и говорит им: «Мир вам!»» (Ин 20:19). Это и есть пасхальная радость.

О пасхальной радости

В воспоминаниях об отце Алексии Мечёве инокиня Мария (Тимофеева) рассказывает, как однажды ей «пришлось спросить батюшку: «“А почему иногда не в полном совершенстве вкушаешь эту радость Пасхи, жалеешь о днях поста и в особенности о Страстной седмице?” – “Это потому, – ответил мне батюшка, – что мы с тобой еще не совершенны, не способны воспринять рай… Пасха – это служба райская, а нам ближе покаяние, так как мы не совершенны”».

О феномене, на который обратила внимание инокиня Мария, и теперь часто приходится слышать от верующих людей, сетующих на то, что постом, в дни Святой четыредесятницы и Страстной недели, они чувствовали в себе и силы, и бодрость, и какой-то внутренний подъем. Действительно, пост – это время напряженного труда. Именно поэтому, продолжают они, в эти недели удалось немало сделать и, главное, почувствовать близость Божию, а теперь, в дни Святой Пасхи, на смену этому подъему пришла какая-то вялость, расслабленность и «размагниченность». Так или иначе, разумеется, в разных словах, но об этом «пасхальном синдроме» говорят почти все.

«Нам ближе покаяние», – ответил на вопрос Марии отец Алексий. И не только в силу нашей греховности, но и по той причине, что покаяние всегда, как любил говорить отец Алексий Мечёв, ставит нас лицом к лицу с задачами не всегда простыми, но во всех случаях жизни предельно ясными. Покаяние – это всегда работа: преодоление лени, освобождение от разного рода навязчивых мыслей и страхов, что живут внутри нашего «я», обуздание всякой страсти – зависти, злобы, ненависти, вожделения и так далее.

Кроме всего прочего, покаяние неминуемо выливается в просто честную работу, которую каждый из нас выполняет среди коллег и друзей, дома и на службе. И последнее: всё, что требуется от нас при покаянии, довольно просто выразить в словах. Что же касается пасхальной, или «райской», по выражению отца Алексия, радости, то здесь всё оказывается бесконечно сложнее.

Прежде всего, о радости невозможно рассказать словами. Не случайно же Данте, говоря о том, что переживает человеческая душа в раю, восклицает: oh ineffabile allegrezza, что означает: «о восторг невыразимый». Слово ineffabile происходит от латинского глагола fari, «говорить», поэтому, в сущности, его следовало бы переводить как «не выразимый посредством слова».

Это та самая «радость неизъяснимая», о которой говорит апостол Петр (1 Петр 1: 8). Об этом же пишет апостол Павел, рассказывая о человеке, который «был восхищен в рай и слышал неизреченные глаголы, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор 12: 4). В греческом языке слово οὐκ ἐξόν («нельзя») в данном контексте может иметь два значения: «не позволено» и «невозможно». Древнему человеку, воспитанному на языческой культуре и рассказах об элевсинских мистериях и других тайных культах, разглашать информацию о которых было строжайшим образом запрещено, разумеется, ближе было первое, дисциплинарное значение. Поэтому на латыни в большинстве рукописей и практически во всех изданиях Нового Завета это место передается как non licet – «не позволяется».

Исключение составляет текст, изданный в 1529 году в Виттемберге, где это место выглядит следующим образом: «слышал неизреченные глаголы, которые человек не может (non potest homo) пересказать». Из каких именно рукописей пришло это «не может» в виттембергское издание Нового Завета, в настоящее время не установлено, однако именно так понимали его христианские мистики (в частности, Бернард Клервоский), которым, как и апостолу Павлу, были глубоко чужды любые представления о христианстве как об особом знании, открывающемся лишь посвященным. Так понимают это место и многие современные экзегеты, в том числе епископ Кассиан (Безобразов): апостол Павел говорит о том, что выразить в словах невозможно при всём желании. Oh ineffabile allegrezza!

В записках инокини Марии о пасхальной радости сказано именно это: «Невозможно передать тех радости и восторга, которые охватывали сердце каждого из нас». И Данте, когда рассказывает о рае, сталкивается именно с этой проблемой. Он говорит, что ум его дошел до тех высот, где память уже не в силах следовать за ним; ему, величайшему мастеру слова, остро не хватает слов. Ему кажется, что он забыл всё увиденное в раю и теперь удерживает в сердце только чувство, вызванное в нем теми видениями, которые некогда предстали его очам. Поэту хочется рассказать о своем опыте читателям, но он прекрасно понимает, что это невозможно, и поэтому решается показать, что он видел.

Так в рассказе Данте о рае ключевым становится слово «свет». Он льется, струится, сияет, искрится и наполняет собою всё. Его лучи проникают повсюду и создают атмосферу, в которой слова оказываются то ли ненужными, то ли бессильными. «Светися, светися, новый Иерусалиме, слава бо Господня на тебе воссия», – поется в пасхальном каноне Иоанна Дамаскина, а сама пасхальная ночь называется здесь светозарной, ибо в ней «безлетный Свет из гроба плотски всем воссия», и провозвестницей начала светоносного дня.

Данте и Дамаскин идут абсолютно одной и той же дорогой, предлагая нам не визуальные, или зрительные, образы вместо вербальных, словесных (что нередко делали и ныне делают поэты), но именно образы света. И только света. Но этим же путем идет и монахиня Мария, когда описывает отца Алексия в пасхальную ночь «с особо радостными голубыми глазами, сияющими, точно бриллианты».

Описывая рай, Данте решается использовать прием, к которому поэты прошлого обращались крайне редко. В трех строчках он четыре раза употребляет восклицание «о», как сделал это некогда (впервые!) Секст Проперций, римский поэт, стихи которого процитировал однажды Андрей Критский в своем Великом каноне.

Читать еще:  Евтушенко в контакте. Скончался поэт евгений евтушенко

О, радость! О, восторг невыразимый!

О, жизнь, где всё – любовь и всё – покой!

О, верный клад, без алчности хранимый![1] –

восклицает Данте, словно цитируя пасхальный канон, где Дамаскин использует тот же, чрезвычайно необычный для византийской гимнографии, прием:

О божественного, о любезнаго, о сладчайшего Твоего гласа.

О Пасха велия и священнейшая, Христе! О мудросте…

Слова бессильны, от них остаются одни лишь восклицания, но главное – море света.

Принять этот свет в себя человек в состоянии, но удержать его он уже не в силах. Мы переполняемся светом и сникаем, или, вернее, увядаем, ибо вообще всё, что не выразимо в словах, дается человеку с трудом. Отсюда и берет свое начало пасхальная «размагниченность».

Что же делать? Как выйти из этого состояния? «Жить – любви служить», – говорил отец Алексий Мечёв своим прихожанам. Инокиня Мария рассказывает, что всю неделю Пасхи он кратко, но постоянно говорил о том, чтобы «мы жили в любви и в мире». Удивительно, но и для Данте рай – это vita integra d’amore e di pace, то есть «жизнь, полная любви и мира». Только реализуя вокруг себя этот мир и воплощая любовь в жизнь, только отдавая тот свет пасхальной радости, который переполняет нас изнутри, тем, кто нас окружает, мы сможем сохранить его в себе.

Человек, переживший пасхальную радость, не может не делиться ею с другими (в противном случае он ее утратит); но делиться ею в словах, рассказывая о своем опыте друг другу, – невозможно. Это будет профанацией чуда. Задача заключается в том, чтобы научиться делиться этой радостью помимо слов – самою жизнью, и не только добрыми делами, но вообще отношением друг ко другу и каждым мгновением бытия. И тогда Пасха, как любил говорить отец Алексий Мечёв, превратится в новую четыредесятницу, в период радостного преодоления наших немощей в союзе любви, которым Иисус связал Своих апостолов.

Впервые опубл.: Русская мысль. 1999. № 4268 (6–12 мая). С. 21.

[1] Данте. Божественная комедия. Рай. Песнь XXVII. Перевод М.Л.Лозинского.

Ощутить в полноте пасхальную радость

Советы пастырей

Наступил день Светлого Христова Воскресения. О том, как в полноте пережить пасхальную радость и почему в этот и другие праздничные дни христианину надо отрешиться от житейских дел, порталу Православие.Ru рассказали священники Димитрий Шишкин, Дионисий Каменщиков и Валерий Духанин.

«Чтобы пережить в полноте радость Пасхи,
надо самому воскреснуть своей душой от греха»

— Пасха — это самый радостный, самый счастливый праздник в церковном году. Это праздник полной победы, потому что Христос победил дьявола, вывел души людей из ада и преодолел то, чего больше всего боятся люди — смерть. Даже солнышко играет на Пасху, как бы показывая свою радость. И радуется наша душа, потому что произошло самое главное — Христос воскрес!

Пасха — Воскресение Христово, но чтобы пережить в полноте радость Пасхи, надо самому воскреснуть своей душой от греха. Понаблюдайте за собой — и вы увидите, что любой грех вносит в душу тесноту, мрак, какое-то угасание нашей внутренней жизни. Грех — это смерть. Победа же над грехом, освобождение от греха через молитву, исповедь и Причащение всегда переживается как внутреннее вдохновение, простор души, легкость и радость, и это есть подлинная жизнь, к которой нужно стремиться. Если христианин провел Великий пост как положено, стараясь искоренять в себе все худшее, побеждая свои грехи и страсти, то Господь не лишит его радости на праздник Святой Пасхи.

Зачастую люди загружают себя либо работой для большего заработка, либо шумным досугом, потому что не имеют внутри душевного покоя. Люди стали прагматиками, поэтому начинают воспринимать праздник как вынужденное безделье. Но смысл церковного праздника, конечно же, не в безделье, а в том, чтобы после усиленных духовных трудов обрести Божию благодать. Благодать Божия несет с собой в душу мир и покой, такой человек пребывает с Богом и радуется.

Каждый воскресный день — это малая Пасха. Если мы не посещаем храм в воскресные дни, то показываем, что абсолютно равнодушны к Воскресшему Христу, нам словно неважно, что Он умер за нас и воскрес. Как же такой человек может быть в вечной жизни со Христом, если он при жизни игнорировал Воскресшего Господа? Если человек ходит в храм изредка, он остается чужим для храма, ему тяжело и ничего непонятно, а регулярное участие в службах многое изменяет. В храме происходит самое главное — там очищается человеческое сердце. Чистое сердце хранит в себе мир, и этот мир выше земной суеты и попечений.

Святые отцы говорят, что в каждый праздник Господь подает христианам те или иные духовные дары — надо только очищать свое сердце, чтобы быть способными принять Божий дар. И можно даже заметить, как со временем меняется лицо человека, еженедельно посещающего храм, регулярно участвующего в таинствах исповеди и Причащения: оно становится одухотворенным и преображенным, освобождается от мучивших душу страстей. Господь подает Свою благодать человеку, имеющему усердие. А это усердие обнаруживается тогда, когда мы каждый воскресный день пребываем с Воскресшим Господом.

«Пасха — торжество для всех»

— Радость Пасхи ощущается по-настоящему только тогда, когда к этому светлому празднику человек напряженно готовится, когда переживает Страстную Седмицу, следует молитвенно за Христом по пути Его крестных страданий.

Иоанн Златоуст в своем пасхальном слове говорит:

«И так, все — все войдите в радость Господа своего! И первые и последние, примите награду; богатые и бедные, друг с другом ликуйте; воздержные и беспечные, равно почтите этот день; постившиеся и непостившиеся, возвеселитесь ныне! Трапеза обильна, насладитесь все! Телец упитанный, никто не уходи голодным! Все насладитесь пиром веры, все воспримите богатство благости!»

Пасха — торжество для всех. Но в полноте, на мой взгляд, ощутить этот праздник может только человек, который должным образом готовился к Пасхе.

Нельзя говорить о том, что любой воскресный день и Пасху верующие проводят в безделье. Православному христианину некогда бездельничать: службы на страстной седмице плавно перетекают в Пасхальное богослужение. Заканчивается Пасхальное богослужение — начинается Светлая седмица.

Для настоящего христианина о безделье не может быть и речи. Безделье — это вообще не христианское слово, потому что оно совсем не относится к христианину. Ведь верующему человеку всегда есть чем заняться. Христианин ежедневно борется со страстями или помогает ближним. Человек, который может позволить себе безделье, скорее всего находится в своем естественном состоянии, и это его устраивает.

Читать еще:  Хочу сказать спасибо маме за жизнь. Душевные слова благодарности маме от дочери — в прозе

Я считаю, что любой воскресный день, который Церковь считает малой Пасхой, лучше всего встречать в храме. Молиться, внимательно слушать чтение Священного Писания, а остаток дня проводить в кругу своей семьи. Если семьи пока нет или ее нет по каким-то другим причинам, тогда день можно провести с теми, кто в чем-то нуждается, например, посетить больных. Есть хорошая традиция после Рождества, на святки и на Светлую Седмицу после Пасхи делиться радостью с ближними. Мы радуемся тому, что пришел мир, тому что Христос воскрес.

Каждый воскресный день очень важен, ведь как я уже сказал, он является малой Пасхой. Он важен, в первую очередь, для тех людей, которые работают на мирской работе. Воскресенье дает людям глоток свежего воздуха, возможность оглянуться на свою жизнь и что-то в ней исправить, почувствовать радость воскресения Христова. А также воскресенье напоминает людям о том, что итогом наших скорбей и болезней и каких-то сложностей будет воскресение и блаженная жизнь с Господом.

«Пасхальная радость — это неизреченный дар Божьей любви»

— Переживание полноты пасхальной радости — это, конечно, величайший дар Умершего за наши Грехи и Воскресшего Господа. Но эта несказанная, совершенная радость может абсолютно нежданно открыться и человеку, далекому и от Церкви и от всякого понимания основ духовной жизни. Это надо нам твердо знать, чтобы помнить, что нет и не может быть никаких «инструкций» по приобщению к пасхальной радости. Больше того, думаю, что именно пасхальная радость, открываемая Господом человеку в самые неожиданные моменты и даже посреди рутины его обыденной жизни, зачастую служит причиной того, что человек преображается, меняет свою жизнь и становится действительным христианином. Но это «явление пасхальной радости» может и не совпадать по времени с календарным днем празднования Воскресения Христова.

Для нас же, старающихся сознательно жить церковной жизнью, понимание того, что пасхальная радость — это неизреченный дар Божьей любви, пусть служит основанием для смиренного о себе мнения. Чтобы никто из нас, как бы мы ни старались строго соблюдать все уставные правила Типикона, не думал, что наша строгость и ревность служит «билетиком» для участия в пасхальной радости. Нет. Основанием может служить только наше смирение и любовь в простоте сердца, устремленная всецело к Господу, потому что именно на это «отзывается» Господь, и именно эти чувства, если можно так сказать, способны вместить пасхальную радость, воспринять ее.

Так что же, возникает вопрос — труд присутствия на службах и исполнения предписанных правил поста не имеет никакого смысла? Конечно, имеет. Весь этот труд необходим, но именно как проявление и выражение нашего благоговения перед страданиями и Крестной жертвой Спасителя, как знак действительного смирения перед Церковью, с ее установлениями и традициями, как деятельное выражение нашей устремленности к Богу. Как средство умерщвления себя для греховной жизни и возрождения для жизни духовной.

Пасхальные праздничные дни предоставляют нам счастливую возможность отрешиться от житейских дел, которые со страшной силой затягивают человека, так что он зачастую уже неспособен бывает как-то иначе взглянуть на себя, на ближних, на саму жизнь — взглянуть духовно, с позиции вечности. Праздничные пасхальные дни предоставляют нам возможность больше времени уделить своей душе, приобщиться главному событию человеческой истории — Воскресению Господа Иисуса Христа. Но ведь это главное событие и в жизни каждого человека, потому что открывает перспективы радости, выше которой не существует. Мы говорили, что пасхальная радость — это неизреченный дар Божественной благодати, но чаще всего он подается именно ищущим его. И, конечно, пасхальные дни — это повод сломать привычный и, увы, греховный «праздничный стандарт». В эти дни обязательно нужно посетить храм, помолиться, проникнуться светом, наполнить душу пасхальной радостью и поделиться этой радостью о Воскресшем Господе с близкими, особенно с теми, кто нуждается в утешении и поддержке.

Насколько же важно соблюдать воскресный день? Прежде всего, уделение одного дня недели посещению храма и более усердному общению с Богом — это прямое исполнение Божьей заповеди. Воскресный день — это образ вечности — образ Царствия Божьего посреди житейской суеты и обыденности. Это время, предназначенное для сугубого, то есть усиленного, более внимательного чем обычно и сознательного общения с Богом, более сознательной заботы о своей душе, о ее духовной жизни. И главнейшие средства этого общения — это участие в богослужении, в святых таинствах Церкви — прежде всего, в исповеди и Причастии. Поэтому каждый христианин, если уж говорить о норме, должен уже в субботу вечером (потому что церковный день начинается с вечера) быть в храме, причем не 10–15 минут, как это у нас принято, а от начала службы и до конца. А в воскресный день — присутствовать на Божественной литургии и желательно хоть раз в два-три месяца исповедоваться и причащаться. Причем слово «желательно» относится не к участию в Таинствах: это участие не «желательно», а обязательно, всенепременно для каждого христианина — а к тому, что участие в этих Таинствах должно быть по возможности и более частым, но уж, по крайней мере, хотя бы раз в два-три месяца.

А что у нас получается на деле? Многие православные не исповедаются и не причащаются годами, лишая себя таким образом (страшно сказать!) жизни. Потому что жизнь духовная — это не какая-то фантазия, не порождение человеческого ума или чувств, а дар Божественной благодати, подаваемые Господом смиренному сердцу, смиренной душе и прежде всего — в таинствах исповеди и Причастия. Если же человек пренебрегает этими важнейшими для христианина Таинствами — в чем же тогда его смирение, послушание Богу, на что ему надеяться? Как получить благословенный дар, если отвержение величайших Таинств ставит человека в положение богопротивника, что бы сам человек о себе не мечтал. Это очень серьезные и важные вещи.

«Бог гордым противится, а смиренным дает благодать», — говорится в Священном Писании. И смирение это как раз проявляется в послушании Церкви, в стремлении тщательно исполнять заповеди Божии в повседневной жизни, в воскресном посещении храма, в участии в Таинствах исповеди и Причастия. Все очень просто у Бога, но без этой простоты послушания Ему не может человек воспринять дар Святого Духа — ценнейшее, что может быть у человека в жизни, то, что делает его причастником жизни Самого Бога.

Источники:

http://www.doroga-vmeste.ru/2007/2007_1_radost.shtml
http://chistiakov.ru/article/o_pashalnoi_radosti
http://pravoslavie.ru/70099.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector