Здоровье дети развитие речи (@mamapishet)’s instagram profile · tofo. Слияние поколений: как мать жизнь у дочери украла

Слияние поколений: как мать жизнь у дочери украла

Все мы однажды отделяемся от собственных родителей для того, чтобы обрести собственную независимость, самость и понять свое место в этом, довольно не простом, мире. Как многие (и я в том числе), говорят, что процесс сепарации довольно долгий и болезненный как для детей, так и для родителей, и в результате он может как состояться, так и не очень ввиду ряда причин.

Предлагаю рассмотреть частный случай не-отсепарированности, когда мать и ребенок (в данном случае-дочь) не разъединяются с течением времени, а наоборот, становятся еще ближе настолько, что их становится невозможным воспринимать как разных людей. Сначала хотелось бы познакомить вас с одной картиной взаимоотношений, которую я наблюдал несколько дней подряд, гостив у друзей в другом городе, между матерью и ее взрослой дочерью. Собственно, эту конкретную ситуацию я и хотел бы разобрать с психоаналитической точки зрения и дать вам, дорогие читатели (особенно, если вы являетесь родителями или неотделившимися детьми), пищу для размышлений.

Мать — молодая женщина, научный сотрудник, весьма хороша собой: стильно одевается, в курсе всех современных трендов, следит за собой, на одной волне с молодежью. Отлично разбирается в архитектуре, современном искусстве, моде, кино, в общении весьма приветлива и весела, обладает незаурядным умом; про таких женщин зачастую говорят «заводная штучка», ей слегка за 40, но выглядит она заметно моложе, да и воспринимается далеко не на свой возраст. С первого взгляда, очень привлекательная картинка: молодая, привлекательная и ухоженная женщина, пышет энергией, располагает к себе. Вроде как она даже довольна собственной жизнью и не стесняется это показывать окружающим. С одной лишь разницей: та женщина, которую я вам, дорогие читатели, описал, является собственной дочерью. То есть, все те качества, которые были мной описаны в предыдущих предложениях, имеют точно такое же отношение к дочери этой мадам, разве что вторая лет так на 25 моложе первой. Точнее, наоборот: мать полностью повторяет собственную дочь, начиная от манеры разговаривать, одеваться, вести себя на людях, заканчивая интересами и вкусами. Таким образом, мать полностью вжилась в естество дочери, можно сказать, украв ее идентичность. Я позволяю себе фантазию, как наша мадам идет в институт, где учится дочь, при этом ее бы воспринимают так же как дочь, без лишних вопросов: даже друзья, молодой человек, преподаватели, буфетчицы и так далее. Неплохое такое омоложение на пару десятков лет без прибегания к современным средствам пластической хирургии и косметологии, не так ли.

Мы увидели последствия, теперь давайте поищем причины такого рода отношений.

Проблема симбиотических отношений характерна тем, что когда рассматриваешь отдельного индивида, находящегося в таких отношениях с кем-либо (необязательно с родителями, это может быть какой угодно значимый объект), в ощущениях этого человека границы с объектом его любви(отношений) отсутствуют. Один из маркеров такого отношения является отсутствие четкого понимания в распознавании собственных чувств: когда спрашиваешь человека о его чувствах, он часто употребляет местоимение «мы», и говорит фразу типа: «Я не знаю, я ли это чувствую или другой человек. Скорее это МЫ чувствуем. » Таким образом, когда происходит стирание границ психики, и психическое поле субъекта и объекта любви становится общим. Как будто две психики срастаются в одну. Такого рода взаимодействие характерно для отношений формата «младенец-мать», где младенец абсолютно беспомощен, и его мать частью своего психического аппарата помогает ребенку функционировать, развиваться и адаптироваться к жизни. В таком случае адекватно слышать из уст мамы маленького ребенка фразы типа «мы поиграли», «мы покакали», «мы идем гулять».

Что мы видим в этом примере? Ребенок вырос в красивую взрослую девушку, которая постепенно проторяет себе дорожку в жизнь, а мама идет рядом с ней, продолжая всячески ее оберегать, делая даже за нее домашние задания. Отсюда возникает первый вопрос: чья же психика на самом деле является более крепкой и может в этих отношениях быть «опорной» для психики послабее? На первый взгляд, в более сильной позиции оказывается эта девушка, поскольку не она копирует манеры и стиль жизни матери, а мать копирует полностью ее. Не стоит со стопроцентной вероятностью это заявлять, поскольку может оказаться в корне наоборот, и более сильная психика матери могла приспособиться к механизмам работы более слабой психики дочери, и с помощью механизма идентификации отождествиться с дочерью, при этом забрав заново часть функций на себя. Так или иначе, мы видим, что для закрытия дефицитарности и некоторых «дыр» в психиках матери и дочери, они слились и поддерживают функционирование друг друга на более-менее приемлемом уровне. Все коварство сложившейся ситуации заключается в том, что такая работа психических аппаратов наших героинь возможна только в симбиозе, в то время, как если бы они попробовали отделиться друг от друга (что маловероятно), это повлекло бы за собой сильные нарушения в психическом функционировании в лучшем случае, а в худшем — смерть обеих, поскольку та часть психического аппарата, которая функционирует плохо у одного, компенсируется хорошим функционированием той же части психического аппарата у другого человека в симбиозе и со временем атрофируется. (Вспоминаем хэппи-энд любой сказки «И жили они долго и счастливо и умерли в один день»).

Вот и получается таким образом, что и мать, и дочь находятся в заложниках друг у друга под угрозой смерти, и ничего им не остается как продолжать сливаться воедино до того момента, что их можно будет назвать одним, «общим», именем. Почему не произошло должной сепарации между ними? Причин можно назвать огромное количество, но я постараюсь затронуть основные:

1. Изначальное отсутствие границ внутри семьи: не был пройден Эдипов конфликт, способствующий разъединению матери и дочери, в результате которого как раз по успешному его прохождению должны были границы у ребенка между полами, возрастами и поколениями установиться (по-другому это называется «Закон отца»).

Читать еще:  Желание на стакане воды. Как исполнить желание с помощью стакана и воды

2. Уровень психической организации матери, которая, судя по всему, функционирует на психотическом уровне. Как известно, человек с устоявшимся уровнем психической организации не может воспитать ребенка с более высокой организацией психики, чем у себя. Редкое исключение представляет то, что если бы отец имел более высокий уровень организации психики и принимал участие в воспитании девочки, она могла бы вырасти здоровее и не получилось бы настолько ужасного слияния.

3. Собственно, наличие здорового отца и его участие в воспитании девочки: поскольку он в психике девушки каким-то образом отсутствовал, не было возможности перенести свое внимание и любовь с матери на объект любви противоположного пола и поконкурировать с ней за любовь отца.

4. Тревожность матери с самого рождения ребенка по отношению к нему, соответственно, боязнь оставить младенца в одиночестве на относительно продолжительный срок, что нарушало постоянно его границы и вместо их установления (граница я-мир), они были уничтожены матерью испытывающую психотическую тревогу.

5. Напоследок — зависть стареющей матери к молодой и красивой дочке, а так как наши дамы находились в слиянии, соответственно, зависть матери была в том числе направлена на нее саму, и в целях сохранения психики это чувство было бессознательно заменено посредством реактивного образования на идентификацию с дочерью. С помощью последней, мать нивелировала чувство зависти с дочерью, потому что в значительной мере стала ей, и завидовать больше никому не приходится. До поры, до времени, конечно же.

«Так где же здесь детективная история про кражу личности? Все остались при своем, мама только немного поменялась и все»,- скажете вы и будете абсолютно правы: с одной стороны, кражи как таковой как будто и нет, но, если присмотреться, то можно увидеть, как поменялась мать этой девочки, заменив собственную идентичность на идентичность дочери, «клонировав» ее и, немного видоизменив, «под размерчик», натянув на свою психику, таким образом, став продолжением собственной дочери. Здесь как раз и кроется разгадка, почему здесь речь идет о краже: присвоив себе часть психики дочери дабы не сожрать себя от зависти отчасти к дочери и отчасти к самой себе, мать автоматически стала воровкой и мошенницей, вжившись в образ своей дочери и практически став ее двойником. Осталась лишь разница в возрасте между ними, но кто поставит границы этим двум женщинам.

О клинических исследованиях

Что такое клинические исследования и зачем они нужны? Это исследования, в которых принимают участие люди (добровольцы) и в ходе которых учёные выясняют, является ли новый препарат, способ лечения или медицинский прибор более эффективным и безопасным для здоровья человека, чем уже существующие.

Главная цель клинического исследования — найти лучший способ профилактики, диагностики и лечения того или иного заболевания. Проводить клинические исследования необходимо, чтобы развивать медицину, повышать качество жизни людей и чтобы новое лечение стало доступным для каждого человека.

Как их проводят?

У каждого исследования бывает четыре этапа (фазы):

I фаза — исследователи впервые тестируют препарат или метод лечения с участием небольшой группы людей (20—80 человек). Цель этого этапа — узнать, насколько препарат или способ лечения безопасен, и выявить побочные эффекты. На этом этапе могут участвуют как здоровые люди, так и люди с подходящим заболеванием. Чтобы приступить к I фазе клинического исследования, учёные несколько лет проводили сотни других тестов, в том числе на безопасность, с участием лабораторных животных, чей обмен веществ максимально приближен к человеческому;

II фаза — исследователи назначают препарат или метод лечения большей группе людей (100—300 человек), чтобы определить его эффективность и продолжать изучать безопасность. На этом этапе участвуют люди с подходящим заболеванием;

III фаза — исследователи предоставляют препарат или метод лечения значительным группам людей (1000—3000 человек), чтобы подтвердить его эффективность, сравнить с золотым стандартом (или плацебо) и собрать дополнительную информацию, которая позволит его безопасно использовать. Иногда на этом этапе выявляют другие, редко возникающие побочные эффекты. Здесь также участвуют люди с подходящим заболеванием. Если III фаза проходит успешно, препарат регистрируют в Минздраве и врачи получают возможность назначать его;

IV фаза — исследователи продолжают отслеживать информацию о безопасности, эффективности, побочных эффектах и оптимальном использовании препарата после того, как его зарегистрировали и он стал доступен всем пациентам.

Считается, что наиболее точные результаты дает метод исследования, когда ни врач, ни участник не знают, какой препарат — новый или существующий — принимает пациент. Такое исследование называют «двойным слепым». Так делают, чтобы врачи интуитивно не влияли на распределение пациентов. Если о препарате не знает только участник, исследование называется «простым слепым».

Чтобы провести клиническое исследование (особенно это касается «слепого» исследования), врачи могут использовать такой приём, как рандомизация — случайное распределение участников исследования по группам (новый препарат и существующий или плацебо). Такой метод необходим, что минимизировать субъективность при распределении пациентов. Поэтому обычно эту процедуру проводят с помощью специальной компьютерной программы.

Преимущества и риски для участников. Плюсы

  • бесплатный доступ к новым методам лечения прежде, чем они начнут широко применяться;
  • качественный уход, который, как правило, значительно превосходит тот, что доступен в рутинной практике;
  • участие в развитии медицины и поиске новых эффективных методов лечения, что может оказаться полезным не только для вас, но и для других пациентов, среди которых могут оказаться члены семьи;
  • иногда врачи продолжают наблюдать и оказывать помощь и после окончания исследования.

При этом, принимая решение об участии в клиническом исследования, нужно понимать, что:

  • новый препарат или метод лечения не всегда лучше, чем уже существующий;
  • даже если новый препарат или метод лечения эффективен для других участников, он может не подойти лично вам;
  • новый препарат или метод лечения может иметь неожиданные побочные эффекты.

Главные отличия клинических исследований от некоторых других научных методов: добровольность и безопасность. Люди самостоятельно (в отличие от кроликов) решают вопрос об участии. Каждый потенциальный участник узнаёт о процессе клинического исследования во всех подробностях из информационного листка — документа, который описывает задачи, методологию, процедуры и другие детали исследования. Более того, в любой момент можно отказаться от участия в исследовании, вне зависимости от причин.

Читать еще:  Что взять с собой в лес с ночевкой. Что нужно взять с собой в поход с палатками, список. Какая посуда пригодиться в походе

Обычно участники клинических исследований защищены лучше, чем обычные пациенты. Побочные эффекты могут проявиться и во время исследования, и во время стандартного лечения. Но в первом случае человек получает дополнительную страховку и, как правило, более качественные процедуры, чем в обычной практике.

Клинические исследования — это далеко не первые тестирования нового препарата или метода лечения. Перед ними идёт этап серьёзных доклинических, лабораторных испытаний. Средства, которые успешно его прошли, то есть показали высокую эффективность и безопасность, идут дальше — на проверку к людям. Но и это не всё.

Сначала компания должна пройти этическую экспертизу и получить разрешение Минздрава РФ на проведение клинических исследований. Комитет по этике — куда входят независимые эксперты — проверяет, соответствует ли протокол исследования этическим нормам, выясняет, достаточно ли защищены участники исследования, оценивает квалификацию врачей, которые будут его проводить. Во время самого исследования состояние здоровья пациентов тщательно контролируют врачи, и если оно ухудшится, человек прекратит своё участие, и ему окажут медицинскую помощь. Несмотря на важность исследований для развития медицины и поиска эффективных средств для лечения заболеваний, для врачей и организаторов состояние и безопасность пациентов — самое важное.

Потому что проверить его эффективность и безопасность по-другому, увы, нельзя. Моделирование и исследования на животных не дают полную информацию: например, препарат может влиять на животное и человека по-разному. Все использующиеся научные методы, доклинические испытания и клинические исследования направлены на то, чтобы выявить самый эффективный и самый безопасный препарат или метод. И почти все лекарства, которыми люди пользуются, особенно в течение последних 20 лет, прошли точно такие же клинические исследования.

Если человек страдает серьёзным, например, онкологическим, заболеванием, он может попасть в группу плацебо только если на момент исследования нет других, уже доказавших свою эффективность препаратов или методов лечения. При этом нет уверенности в том, что новый препарат окажется лучше и безопаснее плацебо.

Согласно Хельсинской декларации, организаторы исследований должны предпринять максимум усилий, чтобы избежать использования плацебо. Несмотря на то что сравнение нового препарата с плацебо считается одним из самых действенных и самых быстрых способов доказать эффективность первого, учёные прибегают к плацебо только в двух случаях, когда: нет другого стандартного препарата или метода лечения с уже доказанной эффективностью; есть научно обоснованные причины применения плацебо. При этом здоровье человека в обеих ситуациях не должно подвергаться риску. И перед стартом клинического исследования каждого участника проинформируют об использовании плацебо.

Обычно оплачивают участие в I фазе исследований — и только здоровым людям. Очевидно, что они не заинтересованы в новом препарате с точки зрения улучшения своего здоровья, поэтому деньги становятся для них неплохой мотивацией. Участие во II и III фазах клинического исследования не оплачивают — так делают, чтобы в этом случае деньги как раз не были мотивацией, чтобы человек смог трезво оценить всю возможную пользу и риски, связанные с участием в клиническом исследовании. Но иногда организаторы клинических исследований покрывают расходы на дорогу.

Если вы решили принять участие в исследовании, обсудите это со своим лечащим врачом. Он может рассказать, как правильно выбрать исследование и на что обратить внимание, или даже подскажет конкретное исследование.

Клинические исследования, одобренные на проведение, можно найти в реестре Минздрава РФ и на международном информационном ресурсе www.clinicaltrials.gov.

Обращайте внимание на международные многоцентровые исследования — это исследования, в ходе которых препарат тестируют не только в России, но и в других странах. Они проводятся в соответствии с международными стандартами и единым для всех протоколом.

После того как вы нашли подходящее клиническое исследование и связались с его организатором, прочитайте информационный листок и не стесняйтесь задавать вопросы. Например, вы можете спросить, какая цель у исследования, кто является спонсором исследования, какие лекарства или приборы будут задействованы, являются ли какие-либо процедуры болезненными, какие есть возможные риски и побочные эффекты, как это испытание повлияет на вашу повседневную жизнь, как долго будет длиться исследование, кто будет следить за вашим состоянием. По ходу общения вы поймёте, сможете ли довериться этим людям.

Если остались вопросы — спрашивайте в комментариях.

Слияние поколений: как мать жизнь у дочери украла

Все мы однажды отделяемся от собственных родителей для того, чтобы обрести собственную независимость, самость и понять свое место в этом, довольно не простом, мире. Как многие (и я в том числе), говорят, что процесс сепарации довольно долгий и болезненный как для детей, так и для родителей, и в результате он может как состояться, так и не очень ввиду ряда причин.

Предлагаю рассмотреть частный случай не-отсепарированности, когдаматьи ребенок (в данном случае-дочь) не разъединяются с течением времени, а наоборот, становятся еще ближе настолько, что их становится невозможным воспринимать как разных людей. Сначала хотелось бы познакомить вас с одной картиной взаимоотношений, которую я наблюдал несколько дней подряд, гостивудрузей в другом городе, между матерью и ее взрослой дочерью. Собственно, эту конкретную ситуацию я и хотел бы разобрать с психоаналитической точки зрения и дать вам, дорогие читатели (особенно, если вы являетесь родителями или неотделившимися детьми), пищу для размышлений.

Мать — молодая женщина, научный сотрудник, весьма хороша собой: стильно одевается, в курсе всех современных трендов, следит за собой, на одной волне с молодежью. Отлично разбирается в архитектуре, современном искусстве, моде, кино, в общении весьма приветлива и весела, обладает незаурядным умом; про таких женщин зачастую говорят «заводная штучка», ей слегка за 40, но выглядит она заметно моложе, да и воспринимается далеко не на свой возраст. С первого взгляда, очень привлекательная картинка: молодая, привлекательная и ухоженная женщина, пышет энергией, располагает к себе. Вроде как она даже довольна собственной жизнью и не стесняется это показывать окружающим. С одной лишь разницей: та женщина, которую я вам, дорогие читатели, описал, является собственной дочерью. То есть, все те качества, которые были мной описаны в предыдущих предложениях, имеют точно такое же отношение к дочери этой мадам, разве что вторая лет так на 25 моложе первой. Точнее, наоборот: мать полностью повторяет собственную дочь, начиная от манеры разговаривать, одеваться, вести себя на людях, заканчивая интересами и вкусами. Таким образом, мать полностью вжилась в естество дочери, можно сказать, украв ее идентичность. Я позволяю себе фантазию, как наша мадам идет в институт, где учится дочь, при этом ее бы воспринимают так же как дочь, без лишних вопросов: даже друзья, молодой человек, преподаватели, буфетчицы и так далее. Неплохое такое омоложение на пару десятков лет без прибегания к современным средствам пластической хирургии и косметологии, не так ли.

Читать еще:  Дрессировка мужа: как это делать правильно. Как приучить мужа к порядку

Мы увидели последствия, теперь давайте поищем причины такого рода отношений.

Проблема симбиотических отношений характерна тем, что когда рассматриваешь отдельного индивида, находящегося в таких отношениях с кем-либо (необязательно с родителями, это может быть какой угодно значимый объект), в ощущениях этого человека границы с объектом его любви(отношений) отсутствуют. Один из маркеров такого отношения является отсутствие четкого понимания в распознавании собственных чувств: когда спрашиваешь человека о его чувствах, он часто употребляет местоимение «мы», и говорит фразу типа: «Я не знаю, я ли это чувствую или другой человек. Скорее это МЫ чувствуем. » Таким образом, когда происходит стирание границ психики, и психическое поле субъекта и объекта любви становится общим. Как будто две психики срастаются в одну. Такого рода взаимодействие характерно для отношений формата «младенец-мать», где младенец абсолютно беспомощен, и его мать частью своего психического аппарата помогает ребенку функционировать, развиваться и адаптироваться к жизни. В таком случае адекватно слышать из уст мамы маленького ребенка фразы типа «мы поиграли», «мы покакали», «мы идем гулять».

Что мы видим в этом примере? Ребенок вырос в красивую взрослую девушку, которая постепенно проторяет себе дорожку в жизнь, а мама идет рядом с ней, продолжая всячески ее оберегать, делая даже за нее домашние задания. Отсюда возникает первый вопрос: чья же психика на самом деле является более крепкой и может в этих отношениях быть «опорной» для психики послабее? На первый взгляд, в более сильной позиции оказывается эта девушка, поскольку не она копирует манеры и стиль жизни матери, а мать копирует полностью ее. Не стоит со стопроцентной вероятностью это заявлять, поскольку может оказаться в корне наоборот, и более сильная психика матери могла приспособиться к механизмам работы более слабой психики дочери, и с помощью механизма идентификации отождествиться с дочерью, при этом забрав заново часть функций на себя. Так или иначе, мы видим, что для закрытия дефицитарности и некоторых «дыр» в психиках матери и дочери, они слились и поддерживают функционирование друг друга на более-менее приемлемом уровне. Все коварство сложившейся ситуации заключается в том, что такая работа психических аппаратов наших героинь возможна только в симбиозе, в то время, как если бы они попробовали отделиться друг от друга (что маловероятно), это повлекло бы за собой сильные нарушения в психическом функционировании в лучшем случае, а в худшем — смерть обеих, поскольку та часть психического аппарата, которая функционирует плохо у одного, компенсируется хорошим функционированием той же части психического аппарата у другого человека в симбиозе и со временем атрофируется. (Вспоминаем хэппи-энд любой сказки «И жили они долго и счастливо и умерли в один день»).

Вот и получается таким образом, что и мать, идочьнаходятся в заложниках друг у друга под угрозой смерти, и ничего им не остается как продолжать сливаться воедино до того момента, что их можно будет назвать одним, «общим», именем. Почему не произошло должной сепарации между ними? Причин можно назвать огромное количество, но я постараюсь затронуть основные:

1. Изначальное отсутствие границ внутри семьи: не был пройден Эдипов конфликт, способствующий разъединению матери и дочери, в результате которого как раз по успешному его прохождению должны были границы у ребенка между полами, возрастами и поколениями установиться (по-другому это называется «Закон отца»).

2. Уровень психической организации матери, которая, судя по всему, функционирует на психотическом уровне. Как известно, человек с устоявшимся уровнем психической организации не может воспитать ребенка с более высокой организацией психики, чем у себя. Редкое исключение представляет то, что если бы отец имел более высокий уровень организации психики и принимал участие в воспитании девочки, она могла бы вырасти здоровее и не получилось бы настолько ужасного слияния.

3. Собственно, наличие здорового отца и его участие в воспитании девочки: поскольку он в психике девушки каким-то образом отсутствовал, не было возможности перенести свое внимание илюбовьс матери на объект любви противоположного пола и поконкурировать с ней за любовь отца.

4. Тревожность матери с самого рождения ребенка по отношению к нему, соответственно, боязнь оставить младенца в одиночестве на относительно продолжительный срок, что нарушало постоянно его границы и вместо их установления (граница я-мир), они были уничтожены матерью испытывающую психотическую тревогу.

5. Напоследок — зависть стареющей матери к молодой и красивой дочке, а так как наши дамы находились в слиянии, соответственно, зависть матери была в том числе направлена на нее саму, и в целях сохранения психики это чувство было бессознательно заменено посредством реактивного образования на идентификацию с дочерью. С помощью последней, мать нивелировала чувство зависти с дочерью, потому что в значительной мере стала ей, и завидовать больше никому не приходится. До поры, до времени, конечно же.

«Так где же здесь детективная история про кражу личности? Все остались при своем, мама только немного поменялась и все»,- скажете вы и будете абсолютно правы: с одной стороны, кражи как таковой как будто и нет, но, если присмотреться, то можно увидеть, как поменялась мать этой девочки, заменив собственную идентичность на идентичность дочери, «клонировав» ее и, немного видоизменив, «под размерчик», натянув на свою психику, таким образом, став продолжением собственной дочери. Здесь как раз и кроется разгадка, почему здесь речь идет о краже: присвоив себе часть психики дочери дабы не сожрать себя от зависти отчасти к дочери и отчасти к самой себе, мать автоматически стала воровкой и мошенницей, вжившись в образ своей дочери и практически став ее двойником. Осталась лишь разница в возрасте между ними, но кто поставит границы этим двум женщинам.

Источники:

http://www.b17.ru/article/121659/
http://yandex.ru/health/turbo/articles?id=2463
http://soznanie.club/?page=sliyanie-pokoleniy-kak-mat-zhizn-u-docheri-ukrala

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector